Обучение приёмам толкования случаев нарушения нормы в художественном тексте

Анализ аномальных, не соответствующих норме явлений в ХТ порождает закономерный вопрос о приёмах и путях интерпретации деформаций (аномалий) в тексте, об обучении толкованию и пониманию не соответствующего норме в ХТ. Для начала напомним, что в ходе обучения текстовоспринимающей и интепретационной деятельности у школьников должно сложиться познание того, что ХТ отражает речевую культуру эры, общества, автора, храбрецов. Школьник должен иметь представление о норме как культурно-историческом феномене, её динамичности и относительности, поскольку осознание неконвенциональности того либо иного элемента вероятно лишь на базе отклонения и сопоставления нормы от неё. Читатель обязан осознавать правомерность отступления от нормы в ХТ, относиться к аномальным явлениям как к языковой игре, средству создания художественного мира, экспрессии и усиления выразительности ХТ, сигналу подтекста. направляться побуждать школьников к поиску ответа на вопрос о мотиве автора, обусловившем применение в тексте окказионального элемента, авторского пунктуационного символа, нетривиального сочетания слов – любого аномального явления.

Н.Г. Бабенко показывает, что окказиональное появляется в контексте, исходя из этого разбирать его направляться лишь в его контекстной позиции [4, с.12-13]. Создатель выделяет типы контекста, каковые нужны для обеспечения адекватной интерпретации ХТ с имеющимися в нём отклонениями от языковой нормы:

а) нулевой контекст – это таковой контекст, в котором толкование окказионализма вероятно с опорой лишь на его внутреннюю форму, а контекст есть избыточным: «таким качеством самодостаточности характеризуются потенциальные слова, созданные по высокопродуктивным словообразовательным моделям», причём эти модели узнаются читателем («кленёночек» у С. Есенина, «златоустейший», «многопрудье» у В. Маяковского и др.);

б) контекст ближайшего окружения, либо миниконтекст, – это контекст строчка либо строфы, предложения либо абзаца, достаточный для обнаружения семантики новообразования («Я на болотной тропе вечерней встретил бобра. Он начал плакать вхлюп». А. Вознесенский);

в) контекст произведения, либо макроконтекст, привлекается для анализа окказиональных новообразований, семантика которых эксплицируется лишь в пределах всего художественного текста («гиперболоид» у А.Н. Толстого, «гейнеобразное» у В. Маяковского, «градоженщина» у Д. Бурлюка, «Духless» у С. Минаева);

г) контекст творчества учитывается при изучении эволюции в применении автором окказионализмов («курлык» – у А. и М. Цветаевых как слово, имеющее сообщение с биографией и много раз видящееся в произведениях данных авторов; «не кысь» у Т. Толстой);

д) историко-культурный контекст, т.е. затекстовая информация историко-культурного содержания («кюхельбекерно», «огончарован» у А. Пушкина, «нэписты» у В. Маяковского, «чингисхань» у В. Хлебникова, «начичить» у А. Иванова);

е) словообразовательный контекст – это сопровождающий окказионализм авторский комментарий, в котором не опосредованно, а прямо содержится информация о новообразовании («кысь» Т. Толстой – авторское слово, придуманное, по словам самой писательницы [45], её мужем в ходе игры и понравившееся ей как фонетической структурой, так и ассоциативным фоном и грамматическими характеристиками, что и стало толчком к появлению романа «Кысь»).

Само собой разумеется, для школьников мельчайшую сложность воображают окказионализмы, толкование которых опирается на нулевой контекст и микроконтекст, не смотря на то, что, само собой разумеется, и их познание зависит от степени сформированности языковой компетенции, в частности знаний о методах словообразования, лексической и семантической сочетаемости слов, способности сравнивать, сопоставлять языковые значения, видеть отклонения от нормы и др. В случае если же для толкования окказионального элемента требуется контекст творчества автора либо историко-культурный контекст, то извлечение и интерпретация текста подтекстовой информации может воображать для старшего школьника серьёзную трудность, потому, что это требует сформированности лингвокультурологической компетенции, широких энциклопедических, а также литературоведческих и исторических, знаний.

Для успешного ответа задачи формирования текстовоспринимающей и интерпретационной деятельности школьников нужно проводить особую работу над спецификой нормы, регулирующей художественный дискурс. Разглядим направления данной работы и примеры упражнений, каковые возможно использовать на уроках русского, литературы, словесности в старших классах.

1. Осознание относительности, динамизма, культурно-исторической обусловленности языковой нормы, наблюдение за отражением в ХТ речевой культуры эры, автора, храбрецов.

В качестве примеров разглядим упражнение, на протяжении которого предлагается прочесть отрывок из стихотворения Н. Некрасова «Балет» (1865 – 1866 гг.):

Я был престранных правил,

Поругивал балет.

Но раз бинокль подставил

Мне генерал-сосед.

Я забрал его с поклоном

И с час не возвращал,

«Но, вы – астролог!» –

Сообщил мне генерал.

Школьникам направляться найти в тексте слово, произношение которого не соответствует норме. Дабы сделать вывод о том, что в прошлом ударение на второй слог в слове астролог было нормативным, возможно сопоставить этот вариант с тем, что видится в текстах XVIII – начала ХХ века:

Астролог целый собственный век в бесплодном был труде,

Запутан циклами, пока восстал Коперник,

Презритель зависти и варварству соперник (М.В. Ломоносов. «Письмо о пользе стекла…», 1752 г.);

Пред феерией высохший астролог

Ползёт на башню, совершенно верно муэдзин;

Апаш делается на старт с законом;

На вольнодумца тёмным капюшоном

Спускается летальный сплин… (А. К. Лозина-Лозинский. «Чуть в мир вступила бархатная тьма…», 1916 г.).

Это наблюдение должно привести к выводу о том, что действовавшие в момент написания ХТ нормы с течением времени имели возможность измениться, исходя из этого современный читатель принимает кое-какие элементы ХТ, созданного в другие эры, как ненормативные.

2. Обнаружение в тексте отклонений от нормы. Задание, нацеленное на формирование умения обнаруживать в ХТ не соответствующие нормам элементы, может смотреться так: обучающимся предлагается прочесть стих В. Маяковского «Вывод» и отыскать в нём отступления от языковой нормы:

Не смоют любовь

ни ссоры,

ни версты.

Продумана,

выверена,

проверена.

Подъемля празднично стих стокоперстый,

клянусь –

обожаю

неизменно и правильно!

3. Эмоционально-эстетическая оценка деформаций в ХТ. Задание для обучающихся возможно выстроено на материале цитат из произведений А. их оценки и Платонова известным филологом И.А. Стерниным. Предлагается познакомиться с фразами А. Платонова, содержащими странности:

Некуда жить, так и думаешь в голову.

Почва состоит не для зябнущего детства.

Он накапливал энтузиазм несокрушимого действия.

Оказалась идея жалости.

Стоял с робостью перед глазами шествия детства.

Через чур смутно и тщетно было около.

Приурочить все собственные скрытые силы на угождение колхозному разворачиванию.

Принести пользу всему неимущему перемещению в колхозное счастье.

Болит пузо от страха для того чтобы имущества. (А. Платонов)

По окончании их разбора обучающиеся знакомятся с высказыванием И.А. Стернина: «Вся прелесть этих фраз в их безотносительной смысловой понятности, сочетающейся с большой экспрессивностью, формально обусловленной помой-му необыкновенной сочетаемостью слов, – все время хочется вскрикнуть: “Так не говорят, но как здорово сообщено!”…» [42, с. 154]. Потом направляться побудить школьников выразить собственное согласие либо несогласие с мнением филолога и обосновать собственную позицию.

4. Осознание роли выражений, имеющих отклонения от нормы, в ХТ.

Предлагается прочесть стих Игоря Северянина «Поэза упадка», выделить в нём устаревшие и лично-авторские слова, слова с нарушением языковой нормы и определить их роль в тексте.

5. Определение мотива, обусловившего включение автором в ХТ аномального явления. Школьникам, к примеру, даётся задание, которое связано с поиском ответа на вопрос: «С какой целью создатель использует в тексте выражения и слова, являющиеся ошибочными с позиций современного литературного языка либо не существующие в языке?»: 1) У нас всё по-ветхому. Вселенная расширяется. Толмач толмачит (М. Шишкин); 2) А чем не хорошо на телеге? Я в случае если отправился, так знаю: худо-бедно – доеду. А ты навернесся с этого свово ираплана – костей не соберут (В. Шукшин). 3) Так я до мертвых душ ни при каких обстоятельствах и не дочиталась, ни тогда, ни по окончании, потому что никакая моральная страшность (физическая уютность) храбрецов Гоголя ни при каких обстоятельствах не совпала во мне с простой страшнотой заглавия: не удовлетворила во мне страсти страха, разжигаемой страшностью заглавия (М. Цветаева). 4) В лопухах лежит Ботинок, /Здоровеннейший Ботин. / – Где, Ботинок, твой Братинок? / Из-за чего лежишь один? (А. Усачёв) 5) Небольшой рыбка Боря Булька – / это весьма небольшой рыбка, / круглоротый, головатый, / полосатый, волосатый (А. Левин).

6. Сопоставление нормативных и нетипичных способов выражения смысла. Задание включает работу по обнаружению ненормативного в тексте, замену на синонимичный, соответствующий норме сравнение и вариант двух способов выражения смысла:

Перья-облака,

закат расканарейте!

Опускайся,

южной ночи гнёт! (В. Маяковский)

Какое не входящее в литературный язык слово употребил создатель? Что он под ним осознаёт? Попытайтесь заменить его на синоним – общеизвестное и понятное слов. Что изменилось в стихотворной строчке?

7. Обнаружение рационального и иррационального подтекстов, знаком которых являются текстовые странности.

Проиллюстрируем данное направление работы упражнением, составленным на базе отрывка из прозы М. Цветаевой «Повесть о Сонечке», в котором создатель обрисовывает собственные впечатления от знакомства с актрисой Софьей Голлидэй (1894 – 1934 гг.) и её наружности.

(1)Это был мой последний румянец, в декабре 1918 г. (2)Вся Сонечка – мой последний румянец. (3)С тех примерно пор у меня начался тот цвет – нецвет – лица, с которым мало вероятия, что уже когда-нибудь расстанусь – до последнего нецвета…

– (4)Сонечка, откуда – при вашей безумной судьбы – не спите, не едите, плачете, любите – у вас данный румянец?

– (5)О, Марина! Да так как это же – из последних сил!

…(6)Другими словами бледной – от всей беды – она бы быть должна была, но, собрав последние силы – нет! – пылала. (7)Сонечкин румянец был румянец храбреца. (8)Человека, решившего гореть и греть. (9)Я довольно часто видала её по утрам, по окончании бессонной со мною ночи, в тот ранний, ранний час, по окончании поздней, поздней беседы, в то время, когда все лица – кроме того самые юные – цвета зелёного неба в окне, цвета восхода солнца. (10)Но нет! (11)Сонечкино мелкое темноглазое лицо горело, как непогашенный розовый фонарь в портовой уличке, – да, само собой разумеется, это был – порт, и она – фонарь, а все мы – тот бедный, бедный матрос, которому уже снова пора на корабль: мыть палубу, глотать волну…

…(12)Глаза карие, цвета конского каштана, с чем-то золотым на дне, тёмно-карие с – на дне – янтарём: не балтийским: восточным: красным. (13)Практически тёмные, с – на дне – красным золотом, которое временами всплывало: янтарь – растапливался: глаза с – на дне – топлёным, потоплённым янтарем.

(14)Ещё сообщу: глаза самую малость жмурые: через чур много было ресниц, казалось – они ей мешали смотреть, но так же мало мешали нам их, глаза, видеть, как лучи мешают видеть звезду. (15)И ещё одно: кроме того в то время, когда они плакали – эти глаза смеялись. (16)Исходя из этого их слезам не верили. (17)Москва слезам не верит. (18)Та Москва – тем слезам – не поверила. (19)Поверила я одна.

… (19)Ещё сообщу: в этом лице было что-то от раковины – так раковину трудится океан – от раковинного завитка: и загиб ноздрей, и выгиб губ, и ушко и общий – завиток ресниц! – всё было резное, точёное — и в один момент льющееся – совершенно верно эту вещь трудились и ею же – игрались.

По окончании знакомства с текстом обучающимся предлагается разглядеть портрет С. Голлидей и ответить на последовательность вопросов и выполнить задания:

1) Какой вам представляется героиня описания – актриса Сонечка Голлидэй?

2) Что необыкновенного в её наружности привлекло интерес автора?

3) Как можно понять фразу «Вся Сонечка – мой последний румянец». Сопоставьте собственные ассоциации с упомянутой в отрывке датой и биографическими данными М. Цветаевой. Что имела возможность иметь в виду поэтесса под выражением «последний румянец»? Какой суть стоит за авторским словом «нецвет»? Какие конкретно смыслы передаёт антитеза «румянец – нецвет»?

4) Из-за чего создатель много раз повторяет выражение «на дне»? Обратите внимание на место данной вставной конструкции в структуре предложения. Соответствует ли норме положение вставной конструкции между предлогом и словом, к которому он относится? С чем возможно связан план автора, нарушающего синтаксическую норму?

5) В одном из предложений текста видится повтор корня: «янтарь – растапливался: глаза с … топлёным, потоплённым янтарём». Объясните значения однокоренных слов. Какое чувство желает произвести создатель на читателя? Какие конкретно эмоции передаёт? Какую роль наряду с этим делает корневой повтор?

6) Возможно ли додуматься о значении не входящего в литературный язык слова «жмурые». Из-за чего, на ваш взор, создатель не стал употреблять литературное слово «зажмуренные», «жмурящиеся»?

7) Обратите внимание на постановку двоеточия в тексте. Везде ли она соответствует норме? Какой скрытый суть угадывается в предложении 12? Из-за чего создатель ставит тире в предложении 11?

8) В чём суть нелогичности высказывания «кроме того в то время, когда плакали – смеялись» (предложение 15)? Какую чувство желает передать создатель?

9) Оцените выражение «так раковину трудится океан». есть ли глагол «трудиться» переходным? Возможно ли его сочетать с прямым дополнением в винительном падеже? Из-за чего создатель переводит его в разряд переходных? Что привносит в текст изменение грамматической характеристики?

10) Как видно, в тексте большое количество слов, выражений, каковые не соответствуют правилам использования и построения единиц языка. С какой целью к ним прибегает создатель? Какие конкретно дополнительные смыслы появляются, благодаря таким деформациям, в тексте?

8. Освоение приёма интерпретации текстовой деформации с опорой на энциклопедические знания и контекст.

Прочтите стих В. Маяковского «Париж (Разговорчики с Эйфелевой башней)» (1923). Выпишите выражения и слова, входящие в следующие группы: 1) которые содержат нарушение норм образования грамматической формы; 2) просторечные; 3) нетривиальные сочетания слов; 4) лично-авторские неологизмы. Выясните роль этих выражений и слов в тексте. Какие конкретно из выражений и этих слов возможно легко растолковать, а какие конкретно без особых комментариев непонятны? Отыщите в стихотворении описание парижского пейзажа. Объясните неологизмы во фразе «около меня – из зверорыбьих морд – ещё с Людовиков свистит вода, фонтанясь», разглядев фотографию фонтана на площади Согласия. Отыщите в тексте топонимы, использованные во множественном числе. Справьтесь в энциклопедии, наименование каких географических объектов они обозначают. Нормативно ли их применение во множественном числе? В чём состоит план автора?

9. Составление комментариев к текстовым странностям.

Групповая работа: отыщите в тексте поэмы В. Маяковского «Облако в штанах» примеры слов либо выражений, содержащих отклонения от языковой нормы либо речевой традиции, отличающихся новизной. Опираясь на контекст, и применяя Интернет-ресурсы, составьте комментарии к этим выражениям и словам, так, дабы был понятен мотив автора при применении этих единиц текста, их значение, эмоциональная и стилистическая окраска. К примеру: изъиздеваюсь – лично-авторский неологизм В. Маяковского; его значение – «буду издеваться продолжительно и интенсивно», данный суть привносит приставка из- (подобно в словах извертеться, измучиться и др.). Создатель применяет это слово с целью продемонстрировать собственное намерение уничтожить спокойный мир читателя рассказом о эмоциях человека, испытавшего муки неразделённой любви. Слово имеет пара агрессивную эмоциональную окраску: агрессия направлена в адрес буржуазного читателя либо обывателя. В слове имеется нарушение орфографической нормы: не соответствует правилу написание Ъ перед буквой И.

Самозащита. Наука Рукопашного Боя / Документальный / National Geographic


Похожие статьи:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: