Мы свободны творить добро и зло

Как серьёзна жизнь для человека! Она есть для него собственного рода опробованием на верность. Это что может значить?

Всевышний в акте творения дал человеку Собственный образ, что предполагает в человеке такую свободу, над которой Всевышний не властен, которой Он Сам не имеет возможности коснуться. (Если бы не так, то Он был бы виновен во всех страданиях и человеческих грехах.) Потому Всевышний, будучи любовью и абсолютным смирением, ожидает свободной ответной любви, а не рабской покорности — той, которой, вопреки Всевышнему, так довольно часто требуют в отечественном мире (Речь заходит не о дисциплине, без которой не существует ни одно человеческое общество, среди них и Церковь, в частности о рабской покорности). Так вот, Всевышний никому не угрожает наказанием, тем более, адом, но Собственными заповедями даёт предупреждение человека, что совершая грех, он нарушает законы собственного естества, причиняет себе раны. Всевышний призывает к верной (праведной) судьбе, соответствующей отечественной природе, дабы мы не вредили себе ни делом (к примеру, пьянством, блудом, наркотиками…), ни чувством и мыслью (самомнением, завистью, лицемерием, неприязнью…), ни словом (ложью, оскорблением, лестью …).

У меня в юные годы был случай, что сильно помог осознать суть заповедей. в один раз зимний период, выходя на улицу, моя любвеобильная мама строго настрого предотвратила меня, дабы я ни за что не вздумал своим язычком дотрагиваться до дверной металлической ручки. Конечно же, этого хватало, дабы когда маменька отвернулась, я уже прилип к данной злополучной ручке. Был, конечно, крик велий зело . Но с того времени я знаю, что такое заповеди. Они, оказывается, не приказ Всевышнего, как какого-либо свирепого начальника, за неисполнение которого от Него последует наказание, впредь до вечных мук, а предупреждение человека об опасности совершения неверных поступков, ранящих и тело, и душу и потому влекущих за собой всевозможные страдания. Не Всевышнего мы гневим собственными грехами, а себя калечим. Всевышний же, будучи любовью, собственными заповедями показывает нам, с одной стороны, на опасности причинения себе грехом смерти и страданий (духовной), с другой — на верный путь судьбы, ведущий к благу в жизни земной и вечной. Потому спасение это свободное, по любви к истине, святости и правде избрание Всевышнего, а не покорность Ему по обстоятельству страха наказания либо ожидания от Него небесных удовольствий. Христианин — не раб и не наемник у домоправителя, а наследник Царства и бескорыстный сын Отца.

Из-за чего Всевышний смирился до креста, а не явился миру всемогущим, умнейшим, непобедимым царём? Из-за чего Христос пришел к людям не императором, не патриархом, не архиереем, не богословом, не философом, не фарисеем, а нищим, бесприютным, с земной точки зрения последним человеком, у которого не было ни одного внешнего преимущества ни перед кем? Обстоятельство этого всё та же: власть, могущество, внешний блеск, слава, непременно, увлекли бы всю землю, он рабски поклонился бы Ему и «принял» Его в надежде взять как возможно больше справедливости, «зрелищ и хлеба », другими словами благ сиюминутных, скоропреходящих. Христос же пришел так, дабы ничто не считая истины не завлекало к Нему человека, ничто внешнее не подменяло ее, не стояло на пути вечной судьбе. Не просто так Он сказал такие многозначительные слова: «Царство Мое не от мира этого» (Ин. 18,36), «Я на то появился и на то пришел в мир, дабы свидетельствовать об истине; каждый, кто от истины, слушает гласа Моего» (Ин.18,37). Внешние эффекты — это идолы, которыми всю историю подменяет Всевышнего.

К сожалению, по пути внешнего, так именуемого «церковного» благолепия, а правильнее, чисто мiрского блеска отправилась во многом и уже давно и церковная судьба во всем мире. Так и вспоминаются слова одного американца-протестанта, что не только не стесняясь, но, наоборот, с гордостью делился: «У нас в церкви все должно развлекать, дабы привлечь народ ». А закон духовный, наоборот, говорит: чем больше снаружи, тем меньше в. И, нет сомнений, что при антихристе будет таковой блеск религиозного культа, которого ещё ни при каких обстоятельствах не было в истории, и все ринутся на… зрелище (по-славянски, позорище ).

И в истории отечественной Церкви это печальное явление имеет весьма многих церковных защитников. Еще в начале 16 века преподобный Нил Сорский выступил против роскоши, имений и богатства церковных, в особенности в монастырях, как унижающих Церковь и противоестественных ей, пробовал обезопасисть нестяжательность, но его голос не был принят — процесс обмiрщения христианского сознания уже тогда был необратимым[59]. И развиваясь, именно он, несомненно, стал причиной расколу XVII-го века, Петру I и Синодальному управлению, революциям 1905 и 1917 гг. и их ужасным последствиям, к Перестройке. И приведет к еще нехорошему, если не опомнимся. Потому что Церковь вправду есть «закваской» (Мф. 13,33) общества, и ее духовное состояние прямо обуславливает внутреннее и внешнее благосостояние народа: «малая закваска заквашивает все тесто» (Гал. 5,9). Как жаль, что этого не видят и не знают.

Так вот, Господь Собственной Своим Крестом и жизнью продемонстрировал, что Он не имеет возможности оказать никакого, кроме того мельчайшего давления на людскую свободу, исходя из этого спасение открыто только тому, кто сам добровольно его выбирает. По данной причине так полезна жизнь. Лишь пребывав в теле, человек может творить добро либо зло, грешить либо вести верную судьбу — на земле осуществляется его свобода, его выбор. По окончании смерти этого уже нет, в том месте душа бессильна поменять себя — она только вкушает плоды жизни и конечно погружается в сродную ее духовному состоянию среду вечности — действительно, не совсем, конечно. Это состояние возможно поменяно по молитвам Церкви.

«Посмертная Судьба». Алексей Ильич Осипов. Аудиокнига.


Похожие статьи:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: