К. с. станиславский о работе актера над ролью

В настоящем томе публикуются подготовительные материалы к неосуществленной книге Работа актера над ролью. Эту книгу Станиславский предполагал посвятить второй части совокупности, процессу создания сценического образа. В отличие от первой части совокупности, где изложены базы сценической теории мастерства переживания и элементы внутренней и внешней артистической техники, главным содержанием четвертого тома есть неприятность творческого способа.В томе освещается широкий круг вопросов, связанных с работой режиссёра и актёра над ролью и пьесой.

По плану Станиславского книга Работа актера над ролью должна была завершить цикл его главных сочинений по совокупности; прошлые два тома подготавливают актера к верному пониманию театрального мастерства и показывают пути овладения сценическим мастерством, четвертый же том говорит о самом роли и создания творческом процессе спектакля, для которого и существует совокупность. Дабы создать живой типический образ на сцене, актеру не хватает лишь знать законы собственного искусства, недостаточнообладать устойчивым вниманием, воображением, эмоцией правды, эмоциональной памятью, и ясным голосом, пластикой, эмоцией ритма и всеми вторыми элементами внутренней и внешней артистической техники. Ему нужно мочь пользоваться этими законами на самой сцене, знать практические приемы вовлечения всех элементов творческой природы артиста в процесс создания роли,— другими словами обладать определенным способом сценической работы.

Вопросам творческого способа Станиславский придавал необыкновенное значение. Способ вооружает, согласно его точке зрения, режиссёра и актёра знанием конкретных приёмов и путей претворения теории сценического реализма в практику театральной работы. Без способа теория теряет собственный практический, действенный суть. Совершенно верно так же как и способ, не опирающийся на объективные законы сценического творчества и целый комплекс опытной подготовки актера, утрачивает собственную творческую сущность, делается формальным и беспредметным.

Что же касается конкретно самого процесса создания сценического образа, то он весьма многообразен и личен. В отличие от общих законов сценического творчества, каковые необходимы для каждого актера, стоящего на позициях сценического реализма, приемы творчества смогут быть и бывают разны у живописцев различной творческой индивидуальности, а тем более у живописцев различных направлений. Исходя из этого, предлагая определенную методику работы, Станиславский не считал ее, в один раз и окончательно установленным примером, что возможно разглядывать как собственного рода стереотип для сценических произведений. Наоборот, целый творческий путь Станиславского, целый пафос его литературных трудов направлен на неустанные поиски новых, все более приёмов и совершенных способов актерского творчества. Он утверждал, что в вопросах способа творческой работы более, чем в какой-либо второй области, вреден педантизм и что любая попытка канонизации сценических приемов, рвение живописца как возможно продолжительнее задержаться на достижениях прошлого, неизбежно ведет к застою в театральном мастерстве, к понижению мастерства.

Станиславский был непримиримым неприятелем творческой самоуспокоенности, рутины в театре, он все время находился в движении, в развитии. Эта главная черта его творческой индивидуальности наложила свой след на все его литературные труды по сценическому мастерству. Особенно ярко отразилась она на материалах второй части совокупности. Книга Работа актера над ролью осталась незавершенной не только вследствие того что Станиславскому не хватило судьбе для осуществления всех собственных планов, но в основном вследствие того что его неспокойная творческая идея не разрешала ему остановиться на достигнутом и подвести итоговую линии под исканиями в области способа. Постоянное обновление приёмов и способов сценического творчества он считал одним из наиболее значимых условий роста актерского и режиссерского мастерства, завоевания новых высот в мастерстве.

В артистической биографии Станиславского возможно отыскать много примеров критической переоценки ветхих приемов режиссерской и актерской замены и работы их новыми, более идеальными. Это отыскало отчетливое выражение и на страницах данного издания.

Публикуемые в этом томе материалы относятся к различным периодам творческой судьбе Станиславского и высказывают развитие его взоров на пути и роли создания и приёмы спектакля. Эти материалы вернее было бы разглядывать не как конечный итог, а как процесс постоянных исканий Станиславского в области творческого способа. Они четко показывают и те исканий этапы и направление Станиславского, через каковые он состоялся в отыскивании самые эффективных приемов сценической работы.

Но было бы неточностью утверждать, что методика сценической работы, предложенная Станиславским в его произведениях, отражает только его личный творческий опыт и негодна для живописцев другой творческой индивидуальности. Работа актера над ролью, так же как и первая часть совокупности — Работа актера над собой, раскрывает объективные закономерности творческого процесса и намечает пути и приемы творчества, каковые смогут быть с успехом использованы режиссёрами и всеми актёрами реалистической школы.

Самый ужасный неприятель прогресса — предрассудок,— писал Станиславский, — он тормозит, он преграждает путь к формированию {Собр. соч., т. 1, стр. 409.}. Таким страшным предрассудком Станиславский вычислял обширно распространенное среди работников театра ошибочное вывод о непознаваемости творческого процесса, которое является теоретическим оправданием лености мысли живописца, дилетантизма и косности в сценическом мастерстве. Он вел упорную борьбу с теоретиками театра и теми практиками, каковые, ссылаясь на нескончаемое многообразие сценических приемов, отрицают возможность создания научной методике актерского творчества, пренебрежительно относятся к теории и технике собственного искусства.

Станиславский ни при каких обстоятельствах не отрицал разнообразия актерских приемов создания сценического образа, но его постоянно интересовал вопрос, как тот либо другой прием идеален и оказывает помощь актеру творить по законам природы. Обширный опыт убедил его в том, что существующие в театре приемы творчества на большом растоянии еще не идеальны. Они довольно часто отдают актера во власть случая, произвола, стихии, лишают его возможности сознательным методом влиять на творческий процесс.

Испробовав на себе, на собственных учениках и товарищах разные подходы к творчеству, Станиславский отбирал самые ценные из них и решительно отбрасывал все то, что стояло на пути живого органического творчества, раскрытия индивидуальности творящего живописца.

Выводы, к каким пришел Станиславский в конце собственной жизни, намечают предстоящее развитие созданного им способа, опирающегося на обширный опыт его актерской, режиссерской и педагогической работы. Не обращая внимания на незавершенность публикуемых в этом томе произведений Станиславского, написанные им варианты Работы актера над ролью на материале Отелло&на данный момент; и в особенности Ревизора отражают его последние по времени взоры на процесс создания сценического образа и предлагают приёмы и новые пути творческой работы, более идеальные, согласно его точке зрения, чем те, каковые бытовали в современной ему театральной практике. Произведения Станиславского о работе актера над ролью являются полезным творческим документом в борьбе за совершенствование и дальнейшее развитие актерской и режиссерской культуры советского театра.

Слагаемые сценического образа: сверхзадача и задача. Часть 1. сверхзадача и Задача актёра.


Похожие статьи:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: